Далёкая и близкая война
Литературно-краеведческий сборник Центральной детской библиотеки г. Бердска
Фронтовики, наденьте ордена
Меню сайта

Читаем о войне

Друзья сайта
  • ЦДБ г. Бердска

  • Поиск

    Форма входа

    Статистика

    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0

    Приветствую Вас, Гость · RSS 25.06.2017, 23:46

    ХОЛОДОВ МИХАИЛ МИХАЙЛОВИЧ

    В 55-ую Мозырьскую дивизию мы прибыли тогда, когда она была отведена с передней линии фронта в тыл, для отдыха и пополнения.

    Я в числе двадцати ребят стал минометчиком восьмидесяти двух миллиметровых минометов. Нам сказали, что учиться новой военной профессии мы будем в часы отдыха и непосредственно в бою. При стрельбе из миномёта я должен был подносить мины и передавать их заряжающему, а на марше носить опорную плиту миномёта (довольно тяжелая штука!) иногда по несколько километров. Вся остальная амуниция (вещмешок, саперная лопатка, противогаз, скатка, автомат) была тоже на мне. Уставал страшно! Но это было необходимо.

    На передовой позиции, под Белостоком, мне побывать не удалось. Наша дивизия неожиданно для нас начала двигаться в тыл, в направлении города Волковысска. Шли мы только ночью. Это было для меня самым тяжелым испытанием, пожалуй, за все время пребывания на фронте. Представьте себе пацана, которому ещё не исполнилось восемнадцать лет, ростом с винтовку, нагруженного солдатской амуницией и еще почти двухпудовой плитой миномета. К Волковысску мы шли дней семь. Я чуть не падал от усталости. На привалах отдыхал, не снимая ни амуниции, ни плиты. Однажды на од­ном из таких привалов даже не заметил, что заснул в крапиве. Конечно, получил ожоги.

    Под Волковысском мы расположились в лесу и два дня отдыхали. Потом подошел паровоз с вагонами-теплушками. Нас привезли в Прибалтику, под город Вальмиера. Через день наша дивизия вышла на линию фронта и в составе третьего Белорусского фронта под командованием маршала РОКОССОВСКОГО приступила к военным действиям в Рижском направлении.

    В то время (с конца июля и по октябрь 1944-го года) немцы отступали километров по двадцать почти каждые сутки. Мы (батарея миномётчиков) выдвигались на боевые позиции (километра два — три от линии фронта), оборудовали эти позиции. В нужные моменты открывали огонь и обстреливали немецкие позиции. При ведении огня, особенно беглого, стоял страшный шум, и нам было строго рекомендовано - при «работе» держать рот открытым, во избежание повреждения ушных перепонок

    При ведении огня рот держали открытым// Бердские новости. – 2010. - №10. – 10 марта
    Вернуться к списку

    ЧЕРКАСОВ ВИКТОР ФЕДОРОВИЧ

    Родился он в 1925 году в селе Морозове Искитимского района. Когда ему не было и 18, отправился в Новосибирск на призывной пункт проситься на фронт добровольцем, приписал себе лишний год. Отправили в артиллерийскую учебку младших командиров, кажется в Актюбинск. В то время под Сталинградом шли кровопролитные бои, и дядя Витя вместе с другими недоучившимися курсантами был брошен в самое пекло. Был дважды ранен, но после госпиталей возвращался в свою часть. Запомнился рассказ: «Заходим в немецкую деревушку, расположились. День проходит - никого, два проходит - никого. Словно вымерли все! А знаем, по ночам ходят немцы, воду берут. Стали сами выяснять, в чем же дело. Помаленьку появились жители, испуганные лица у всех, говорят, до вашего прихода пехота прошла, стреляли, не разбирая, во всех подряд, будь то старый или малый, над женщинами надругались. Боялись потому немцы и нас, думали все такие. А оказывается, перед нами штраф бат прошел - известно, кто там воевал! Мы же потом им и продуктов дали, голодная немчура была. Данке, данке, говорили и благодарно улыбались».

    После войны остался служить сверхсрочную в Германии – специалисты-ракетчики были в те годы очень востребованы. Прослужил до 1951 года, а затем приехал на Родину.

    Андрей (письмо печатается в сокращении)

    Они сражались за родину.// Курьер. Среда.-2010.-№15(177) 28 апреля-5 мая. – с.26

    Вернуться к списку

    ЯГНОВ ВАСИЛИЙ ПЕТРОВИЧ

    Таисия Петровна плохо помнит старшего брата, ушедшего воевать с врагом 18-летним юношей в конце 1941 года. Ей тогда было семь лет. Но она трепетно хранит последнюю весточку с войны, присланную Василием родителям.

    18. 1. 1945 г.

    Здравствуйте дорогие родители, Папаша, Мамаша, Ваня, Тая, Нюрочка и Бабушка. Во-первых строках моего письма я сообщаю, что пока жив-здоров, чего и вам желаю. Папаша, моя жизнь проходит без изменений, но я не знаю, как будет дальше. Я писал вам письма с разных мест, но от вас получил только из Кировограда, хотя... я бы их не получал, потому что у меня были разные адреса, они у меня менялись часто. Папаша, мне даже и в голову не приходило, что я буду так далек. Хотя бы в нашей славной родине, а то за границей. Папа, если буду жив, то и мне будет что вспомнить: проехал от самого Урала, проехал Бессарабию,... Венгрию и вот нахожусь в Чехословакии и увидел жизнь за границей.

    Папаша, я очень вас прошу, чтобы вы выслали мне фотокарточку всех, обязательно с бабушкой и маленькой Нюрочкой, а то, может, больше я вас и не увижу. Хоть посмотрю на фотокарточку и буду вспоминать вас, что были у меня родные, которых я часто не слушал, огорчал, за что прошу вас, папа и мама, простить. И оставьте для меня бабушкино кольцо на память, которое она мне подарила, может, судьба моя подскажет вернуться к вам. Папаша, я вас еще прошу: обо мне так сильно не печальтесь, потому что я как молодой патриот свой долг перед нашей славной родиной должен выполнить и все мы должны как один. Тогда только будет победа за нами, и я уверен, что мы свою родину в обиду любому врагу не дадим. Папаша, хотя вам это и будет читать неинтересно, но напишу жизнь свою в стихах.

    Далеко, далеко, из-за чешской границы,

    Где идет исторический бой,

    Я в бою от зари до полночи живу

    И дышу только лишь...

    Жизнь моя, не спеши...

    ... снаряд, пулемет,

    Сутки круглые только и слышишь

    Как над нами гудит самолет.

    Постараюсь забыть я о старом,

    Что не слушал часто я вас.

    Так судьба же моя...

    Вы не знаете, что я скоро вернуся

    до вас.

    Может быть, и случится иное -

    Я навеки останусь здесь жить.

    И зароют в сырую могилу

    Мой остывший безжизненный

    труп.

    Если буду убит...

    ... от снаряда, в огне,

    То прошу я вас, дорогие родные,

    Вспоминайте меня в месяц хоть

    раз.

    Но я жив и еще я борюся

    И не время еще умирать.

    Кончу бой и я к вам, дорогие, вернуся.

    Но так дешево я не отдамся,

    Свою жизнь откуплю много раз,

    Чтобы больше меня вспоминали

    ... фашистов не раз.

    Но я жив и еще я борюся

    И не время еще умирать.

    Кончу бой и я к вам, дорогие, вернуся,

    Буду крепко я вас целовать.

    Папа, если понравятся эти слова, то напишите... Со мной есть товарищ из Заветного. Напишите, как живете, как ваше здоровье, мамы и здоровье старенькой бабушки, как растет Нюрочка маленькая. Пишите чаще, письма идут долго. До свидания, остаюсь ваш сын и брат В. Ягнов

    Последнее письмо солдата// Курьер. Среда. – 2010. - №20 (182) 2 июня – 9 июня. – с. 26

    Вернуться к списку

    ЯКОВЕНКО Иван,Василий, Владимир Георгиевичи

    В памяти 81-летней Нины Яковенко остались только воспоминания о ее трех любимых старших братьях да старые фотографии.

    Предвоенные годы. Вот они втроем своими руками сделали гитару, балалайку и мандолину. Самоучки создали трио, слушать исполнение которого собиралась вся улица. У Нины не было такого музыкального слуха, как у братьев, но они научили ее немного играть на гитаре и мандолине.

    Руки у парней были золотые, вспоминает Нина Георгиевна: даже не предполагает, чего не могли сделать ее братья. Они всегда и везде были вместе, работать устроились на один завод.

    Пожилая женщина со слезами на глазах вспоминает, что, получив зарплату, каждый из братьев покупал ей подарки: книжки, ленты, броши, гребеночки. Но особенно она любила среднего брата Василия: красивого, спокойного, умного, вдумчивого и очень талантливого. Он рисовал такие чудные картины! Многие дарил сестренке. Особенно запомнилась сказочная Красная Шапочка, идущая по лесу с корзинкой. Василий очень любил цветы, и каждым летним утром Нина собирала букет и ставила на подоконнике в его комнате.

    Началась Великая Отечественная война. Первым призвали Василия. Он не переносил слезы и прощания и поэтому запретил родным провожать его. Только любимой сестренке позволил дойти с ним до околицы. Помахал на прощание рукой и ушел. Навсегда.

    Танкист Василий Яковенко постоянно писал домой. Присылал весточки и сестренке. Нина Георгиевна запомнила только то, что в письмах к ней не было ни строчки о войне и что они были теплыми и грели душу.

    Однажды девочка ранним утром, выходя за калитку, услышала жалобный плач. Огляделась по сторонам — никого не видно. И уже не плачет никто. Но почему-то сердце сжалось, забилось, и подкралось предчувствие беды.

    Вскоре в семью Яковенко пришла похоронка на Василия, который смертью храбрых погиб в Молдавии. Отец старался не показывать переживаний от постигшей тяжелой утраты. Уже второй. Старший сын Иван пропал без вести в боях под Сталинградом. Мама же очень тихо плакала дни и ночи напролет. Сообщение о том, что Иван погиб, пришло лишь в 1947 году. С войны его не дождались не только родители, но и жена с маленьким сыном.

    Владимира, младшего брата, призвали в армию в декабре 1943 года. Он, как и Василий, служил танкистом. Дошел до Берлина.

    Одно из ярких воспоминаний Нины Георгиевны связано с 9 мая 1945 года. Всеобщее ликование, улыбки, слезы счастья. А их семья и радовалась, что наконец-то закончилась война, и плакала, потому что ни Иван, ни Василий уже никогда не вернутся в родной дом.

    Спустя пять лет после Победы приехал из Германии, где остался служить после войны, Володя. Навез кучу подарков для всех родных. Для сестренки - красивый костюм и настоящее драповое пальто, что для нее тогда казалось верхом богатства и элегантности. А для себя братишка привез аккордеон.

    Владимир никогда не рассказывал о войне. Лишь однажды обронил в беседе с сестрой, что на фронте нужно было всегда находиться настороже, ведь отовсюду могла прилететь пуля. И когда Нина спросила: «Ты стрелял в людей?», брат ответил: «Если б я не стрелял, то давно бы был мертв».

    Владимир женился, переехал с женой во Владимирскую область. В семье появились сын и дочь, только вот вырастить их фронтовик не успел. Умер, когда ему было всего 34 года.

    Не проходит дня, рассказывает Нина Яковенко, чтобы она не вспоминала своих родных. Перебирает старые фотографии, где все они молодые, красивые и очень-очень счастливые. Такими братья останутся в ее памяти навсегда.

     Панчева Г. Они навсегда остались молодыми и счастливыми.//Курьсер. Сраде. – 2010. - №24(186) 30 июня- 7 июля. – с. 26

    Вернуться к списку

    ЯМКИН АЛЕКСАНДР

    В 1940 году Александр почти полгода провел на военных сборах. В его отсутствие родился сын. Когда Александр Ямкин вернулся домой, то подошел к колыбельке младенца и с горечью сказал: «Эх, сынок, сынок, не на радость ты родился». Видно он уже знал, что война неизбежна.

    Александр принял решение переехать из Кузбасса в Узбекистан, знакомые его отговаривали, мол, маленькие дети там могут не выжить. Но он не слушал их аргументы.

    А дети действительно заболели. И доктор посоветовал родителям перебраться в другие края, сменить климат, и семья приехала в Нальчик. Сняли комнату у кабардинки, отец устроился на работу. Через неделю началась война. 23 июня мама с двухлетней Галей провожала мужа на фронт. Отец не спускал дочь с рук, хотел, чтобы она его запомнила. Но в памяти девочки тот момент не запечатлелся, ведь слишком мала была.

    Письма из Урюпинска приходили регулярно до 31 мая 1942 года. От отца узнали, что служит он в отдельной роте автоматчиков. В одной из весточек просил жену навестить его в Урюпинске, но куда ей было ехать, ведь на руках оставались двое больных детей. Потом вести от отца прекратились.

    Нальчик бомбили немцы. Целую неделю Ямкины жили в окопе. Простудился и сильно заболел братишка. А потом в город вошли немцы.

    Братика хоронили в ноябре. Когда похоронная процессия из одних женщин следовала на кладбище, работавшие невдалеке немцы сняли головные уборы в знак почтения к смерти.

    По словам Галины Ямкиной, ее мама получила очень странную похоронку, на которой надпись «погиб» была перечеркнута, а сверху подписано: «Пропал без вести в боях на станции Елец». После Победы они отправляли немало запросов, чтобы узнать о судьбе отца, но приходили ответы: «в списках не значился». Только из Нальчика прислали сообщение, что младший политрук Ямкин Александр числился в 1127-м стрелковом полку.

    Галина Александровна побывала и в Ельце, обошла все обелиски, но имени отца не нашла.

    Женщину мучает одно подозрение, что отец мог выжить, но не вернуться домой. И все потому, что при расставании сказал жене, что если его покалечит, то она его никогда больше не увидит.

    Панчева Г. Он  знал, что война неизбежна.// Курьер-среда. – 2010. - №32. – 25 августа- 1 сентября. – с.26
    Вернуться к списку

    ЦДБ Бердска © 2017
    Создать бесплатный сайт с uCoz