Далёкая и близкая война
Литературно-краеведческий сборник Центральной детской библиотеки г. Бердска
Фронтовики, наденьте ордена
Меню сайта

Читаем о войне

Друзья сайта
  • ЦДБ г. Бердска

  • Поиск

    Форма входа

    Статистика

    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0

    Приветствую Вас, Гость · RSS 17.08.2017, 20:23

    СТЕПАНОВ ВИКТОР ИВАНОВИЧ

    Виктору Степанову 27 сентября 1943 года исполнилось 35 лет. В этот день он был призван в армию. Из Ордынского района его, учителя начальных классов, отправили в Бердск, где отдали приказ обучать стрельбе отряд новобранцев.

    Отец, вспоминает Лариса Викторовна, прислал из Бердска посылку, в которой находились его старые прохудившиеся валенки, поношенный бушлат да солдатская кружка. Из этой кружки четверо детей пили по очереди, называя ее папиной.

    Старшей Ларисе достались в наследство бушлат да валенки с дырявыми пятками. Чтобы в них не попадал снег, девочка закладывала дырки газетами. В огромных пимах, болтающемся на худом маленьком теле бушлате она ходила с топором в лес за дровами.

    Вместе со своим отрядом, рассказывает Лариса Красникова, отец был направлен на фронт. Писал письма, единственное, что запомнила девчонка, сообщал в них, что «гоним гадов на запад», еще просил сберечь детей и не беспокоиться о нем: «нас здесь кормят».

    А потом весточки прекратились, и об отце не было ни слуху, ни духу. Та скудная информация, что удалось собрать за долгие годы, не привела детей к могиле отца.

    - Если бы мне сейчас сказали, где похоронен папа, - говорит 82-летняя Лариса Викторовна, - я бы сразу отправилась на его могилку, пусть хоть где она находится, пусть хоть какой затратной будет дорога. Не смогла бы оплатить проезд, помогли бы дети.

    Об отце у бердчанки остались только теплые воспоминания.

    Виктор Иванович был человеком, как говорится, с руками. И один из его навыков помог семье пережить голод во время войны.

    Единственная в семье Степановых кастрюля прохудилась. Вот беда: в чем готовить еду? Мачеха чуть не плачет (Лариса и ее сестра были от первого брака отца). Тогда старшая дочь тихонько взяла кастрюлю, инструменты, припой, вспомнила, как отец чинил ведра и кастрюли, а в этом процессе она ему всегда помогала, и заделала дырку в посудине.

    Через несколько в дней к Степановым прибежала соседка со своим горем: потекла кастрюля, а дети есть просят. А мачеха ей глазами в сторону Ларисы показывает. Девочка руками машет, мол, не буду чинить, стыдно. А соседка ее упрашивает: «Почини, пожалуйста, я никому не скажу». Пришлось чинить кастрюлю и соседке. Так девчушка заработала первое ведро картошки.

    После этого случая все в деревне узнали, что Лариса Степанова чинит кухонную утварь. И потянулись к дому с кастрюлями, котелками да ведрами деревенские жители. Было стыдно, вспоминает Лариса Викторовна, что за помощью к маленькой девчонке шли бабы и старики. Один дедушка даже сказал: «Я жизнь прожил, а такого мастерства и не постиг, а ты, кроха, вон как управляешься».

    Так и выжили в тяжелое время. Только вот отец не вернулся с войны.

    Когда мачеха стала совсем старенькой, она сказала Ларисе Викторовне: «Ты все думаешь, что отец жив. Но если бы был жив, вернулся, ведь он нас так любил».

    Лариса Красникова до сих пор не пропускает в газетах и журналах статей о войне: вдруг там будет какое-нибудь упоминание об отце. И ниточка приведет к тому, что ей еще не известно.

    Панчева Г. Дети так и не нашли могилу отца //Курьер-среда. – 2010. - №28. – 28 июля- 4 августа. – с.26

    Вернуться к списку

    СУВОРОВ ГРИГОРГИЙ АНДРИЯНОВИЧ

    В армию Григория Суворова призвали в апреле 1940 года на трехмесячные сборы для создания укрепленных сооружений вдоль границы, которая образовалась после присоединения Прибалтики. Тогда отца провожали, говорит сын, относительно спокойно, хотя уезжал основной кормилец. Война застала 60 безоружных бердчан врасплох где-то в Литве. Как могли вырывались с территории, захваченной врагом. Григорий Суворов был ранен в правое плечо, лечился в госпитале, но рана так и не зажила. Он приехал домой, и все надеялись, что его уже не призовут в армию. Но отца записали в добровольческую дивизию. Отправили на сборный пункт в Бердске, который находился недалеко от станции.

    Родные каждый день навещали Григория Суворова, приносили ему скромное угощение. Встречались на КПП.

    Как-то раз Иван направился к отцу вместе с теткой. Но его не вызвали, сказав, что бердчан отправляют на фронт. Из ворот проходной вышел строй, и мальчишка с женщиной внимательно вглядывались в лица солдат в надежде увидеть Григория Андрияновича. Но он их увидел первым. Чтобы быть поближе к родным, мужчина перешел на правый фланг и шел рядом с сыном и сестрой до самой станции. Они плакали, вспоминает Иван Суворов, а отец их успокаивал, просил передать привет родным, называя каждого по имени.

    Эшелон был подан, провожающих попросили отойти.

    «Команда «по вагонам!» резанула по сердцам всех. Отец затерялся в общей массе одинаково одетых людей. Мы и не заметили, в какой вагон ушел отец. Провожающие бегают вдоль поезда, каждый кричит своего. Опять же отец заметил нас издалека. Подбежали. Поговорили очень мало в общем шуме, рядом же и другие родственники. Отец говорил, чтобы мы, дети, хорошо учились: грамотным людям и на фронте легче. Отправка. Долго бежала рядом вся наша провожающая плачущая, рыдающая компания».

    Потом семья с нетерпением ждала первого письма, и оно пришло с дороги. Очень короткое. Были и другие письма – уже с места боев.

    Дети фронтовиков всегда с нетерпением ожидали прихода почтальона. В тот роковой для их семьи день, рассказывает Иван Суворов, женщина-почтальон вручила ему три письма с фронта. Все сверстники тогда завидовали ему. Прибежал домой и сообщил радостное известие. Первой тревожно встрепенулась бабушка, почувствовав материнским сердцем беду. Два письма было от отца, а третье от его товарища Макарова, в котором он писал, что Григорий Суворов погиб в бою близ села Холиевка (Халиевичи).

    «Перечитав письма отца, все равно не верили в его гибель, надеялись на ошибку, так часто бывало, может, Макаров не узнал отца, а скорее всего, надеялись на чудо, которое так и не произошло. И началась наша сиротская жизнь, полная лишений, слез, смутных надежд на будущее..»

    Панчева Г Не верили в гибель отца.// Курьер-среда. – 2010. - №47. – 8 декабря- 15 декабря. – с.26

    Вернуться к списку

    СУРАЕВ МАКСИМ ЕГОРОВИЧ

    Он родился в 1912 году. В 1941 году ушел защищать нашу Родину.

    Дошел до Сталинграда, был ранен в правую руку. Максим Егорович прошел всю войну и в 1945 году вернулся с фронта. Он был награжден орденом "Великая Отечественная война", медалью Георгия Жукова, двумя юбилейными медалями " Вооруженные силы СССР", четырьмя юбилейными медалями "Великая Отечественная война".

    Фронтовой альбом «Победители».// Курьер-среда. – 2010. - №50. – 29 декабря- 5 января. – с.26

    Вернуться к списку

    ТАТАРНИКОВ ТИМОФЕЙ АНДРЕЕВИЧ

    Мой отец Татарников Тимофей Андреевич был призван в 1937 году на Тихоокеанский флот, где прослужил почти 5,5 лет. Папа отлично справлялся с учебными дисциплинами, хорошо овладевал практическими навыками в освоении подводной лодки и был назначен старшиной I статьи. А когда началась Великая Отечественная война, он добровольцем ушел в Красную Армию. Героические страницы войны — это и победы, и отступления, это боль и горе солдат, и радость. Все это прошел и мой отец. Первые годы войны были особенно трудными. Подразделению под командованием отца (в звании лейтенанта) предстояло удержать любой ценой возвышенность, по которой бил вражеский пулемет. Наших бойцов оставалось человек 20, и мой отец сумел распределить их так, что врагу не удалось прорвать оборону. Высота осталась за нами. Все бойцы были награждены орденами и медалями. Очень скоро отец был избран комсоргом 2-го отдельного стрелкового батальона 91-й стрелковой бригады добровольцев-сибиряков. Справка об этом, подписанная командиром батальона Афанасьевым и начальником штаба Артюховым, хранится в музее Вооруженных сил. Много боевых эпизодов пришлось пройти отцу. Три ранения и контузия. Из плеча врач батальона вытаскивал без наркоза осколок. А в окололегочных тканях остался небольшой осколок, что потом в послевоенные годы всегда показывал рентген.

    Отец как комсорг всегда старался быть вместе с молодыми бойцами, подбадривал их, интересовался всем, что было связано с их мирной жизнью и войной. В декабре 1942 года в полк стали приходить молодые бойцы (после училищ, курсов). Среди них оказался Александр Матросов. В книгах писателей Легостаева, Лобановой, Журова, которые разговаривали с папой, подробно описано, как молодые новобранцы вели себя. Папа старался быстрее приобщить их к общей боевой задаче. На комсомольском собрании перед боем за деревней Чернушки Калининской области после моего отца выступали комсомольцы, среди них и Матросов. В книгах об этом подробно написано. Весь комсомольский состав батальона героически сражался с врагом в том бою. А Саша Матросов закрыл собою амбразуру вражеского дота. Ему было присвоено звание Героя Советского Союза. Как сражался мой отец, - есть отзыв об этом парторга полка Корейского Т. И., которого всегда привлекала готовность Татарникова идти в самую трудную боевую ситуацию.

    Ранения и контузия не прошли мимо. Сильные боли не давали покоя ни днем ни ночью. Почти без сознания отца доставили во фронтовой госпиталь, где медкомиссия вынесла решение о демобилизации. После многих операций отец был отправлен в Сибирь, где продолжал служить в Новосибирском облвоенкомате. Потом он получил высшее образование, занимал административно-руководящие должности. Папу приглашали в полк, он встречался с воинами, рассказывая им о тех суровых боевых днях. Из музея Николая Островского в Москве у папы попросили военный блокнот, прислали благодарственное письмо.

    Татарников В. Мой отец – свидетель подвига Матросова//Курьер.Среда. – 2010. -№17(179). – 12 мая-19 мая. – с.26
     Вернуться к списку

    УРАКОВ ЛЕОНИД ПАВЛОВИЧ

    Похоронку на Леонида Павловича Уракова семья получила в 1945 году, там было написано: «Ваш муж геройски погиб в Польше, похоронен в деревне Попова». Только была одна странность: вместо имени «Леонид» было написано «Давид». Мама, рассказывает Владимир Леонидович, пошла в военкомат и сказала об ошибке. После пришла другая похоронка, все данные в ней остались прежними, а имя было отцовское.

    Панчева Г. Дневник Две похоронки на одного солдата.// Курьер-среда. – 2010. - №43. – 10 ноября – 17 ноября. – с.26

    Вернуться к списку

    ФЁДОРОВ АЛЕКСАНДР АЛЕКСЕЕВИЧ

    Федоров Александр Алексеевич, главный механик Уссурийского танкоремонтного завода. Война застала Александра Алексеевича в с. Соколово Алтайского края, где он работал в должности главного механика Иткульского спиртзавода. К этому времени у выпускника Московского химико-технологического института был уже большой производственный опыт: главный механик Абаканского завода по ремонту оборудования для лесной промышленности, главный механик Кемеровского завода химического машиностроения. В конце 1941 года Александр Алексеевич как ведущий специалист был откомандирован в Ворошилов-Уссурийский.

    В период своей работы на танкоремонтном заводе в 1941-1946 годах награжден орденами «Знак почета» и двумя Трудового Красного Знамени. Умер мой дед в 1969-м в возрасте 68 лет.

    Милютин С.В. Они ковали победу в тылу//Курьер. Среда. – 2010. - №18 (180). – 19 мая-26 мая. – с.26

    Вернуться к списку


    ФЁДОРОВ ВАСИЛИЙ КИРИЛЛОВИЧ

    От Сталинграда до Балтики — такой путь прошел командир стрелкового взвода Василий Кириллович Федоров.

    Когда началась война, Василий Федоров был уже бывалым человеком. Успел с матерью пожить в эмиграции в Харбине, потом работал на заводах и стройках социализма. Как опытный рабочий он имел броню, но в 1942 году все же сумел добиться отправки на фронт. Разгоралось Сталинградское сражение, и стране нужны были солдаты. Семьи у Василия тогда еще не было: мать и отец давно умерли, а жену и детей он  не успел завести.

    После короткого пребывания в учебной части бойцы, в числе которых был и Василий Федоров, разгрузились в приволжских степях.

    -Немцы нам ни минутки не дали освоиться — сразу же началась бомбежка. Это был настоящий кошмар: люди метались, вагоны горели, повсюду трупы. Мы сразу же понесли тяжелые потери, — вспоминал он много лет спустя.

    А дальше были улицы Сталинграда, атаки, контратаки, страшный «слоеный пирог» из наших и немецких тел, которые не успевали даже слегка присыпать землей. Временами казалось, что солнца давно уже нет, все небо застилал дым горящей нефти, в воздухе удушающей пеленой висела пыль пополам с пороховой гарью. И в этом аду сражались и умирали люди.

    -Одно запомнилось особенно сильно. Немцы ворвались на позиции, началась рукопашная. Против меня оказался немец. А оружия никакого — винтовку выбили. Пришлось его голыми руками… В том же бою наш артиллерист банником уложил насмерть шестерых немцев. Он здоровый был, огромной силы человек. Так ему за этот подвиг Героя Советского Союза дали, — рассказывал он своим детям.

    В одном из боев Василий Федоров был контужен и отправлен в госпиталь. Месяц пришлось восстанавливать здоровье. А потом — снова донские фронтовые степи.

    -Вы думаете, война — это подвиги, — рассказывал он сыновьям, которым не терпелось послушать «про войну», — нет, война — это когда ты идешь по оврагу с ротой и вас накрывает минометами. И чтобы хоть что-то похоронить, ты отскребаешь их останки от стен этого оврага. Страшное это дело.

    В разгроме немцев под Сталинградом ему участвовать не пришлось: снова угодил в госпиталь. На этот раз ранение оказалось серьезным, и на фронт он попал только через несколько месяцев. Уже не в свою родную часть, а на центральный участок фронта, где шли упорные бои по освобождению Белоруссии. 22 июня 1944 года началась операция «Багратион». Всего за неделю группа армий «Центр» была разбита наголову, советские войска вступили в Прибалтику. 1-й Прибалтийский фронт, в составе которого сражалась и дивизия Василия Федорова, занял крупный город Шауляй. Но немцы предприняли контрнаступление, пытаясь вернуть потерянные позиции. В тяжелых боях Василий Федоров, уже командир стрелкового взвода, лично уничтожил два немецких танка. За это он был представлен к ордену Красной Звезды.

    До конца войны он так и продолжал воевать  на 1-м Прибалтийском фронте под командованием  Баграмяна. Участвовал в освобождении Риги и Клайпеды. Конец войны Василий Федоров встретил на Земландском полуострове. Несколько ран, медаль «За отвагу», орден Красной Звезды и несколько благодарностей от Верховного главнокомандующего — вот и все, что он привез домой.

    Человек с неугомонным характером, он не мог долго сидеть на одном месте. И даже появившаяся семья не смогла заставить его осесть и остепениться. Он искал первые кимберлитовые трубки в Якутии и работал на алмазообрабатывающем заводе, трудился на сталелитейном производстве, был охотником-промысловиком.

    Умер Василий Кириллович Федоров в 1993 году.

     

    Панчева Г. Всю войну в пехоте// Курьера. Среда. – 2011. - №16(228). –4 мая-11 мая. – с. 26


    Вернуться к списку



    ЦДБ Бердска © 2017
    Создать бесплатный сайт с uCoz