Далёкая и близкая война
Литературно-краеведческий сборник Центральной детской библиотеки г. Бердска
Фронтовики, наденьте ордена
Меню сайта

Читаем о войне

Друзья сайта
  • ЦДБ г. Бердска

  • Поиск

    Форма входа

    Статистика

    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0

    Приветствую Вас, Гость · RSS 23.05.2017, 04:10

    ПЕТРЕНКО АЛЕКСАНДР

    Родился Владимир Курченков в селе Михайловка Татарского района в 1902 году, в 12 лет остался сиротой с сестрами и братьями.

    Александра родилась за несколько месяцев до начала Великой Отечественной войны. Ее мама рассказывала, что, когда провожала отца на фронт, а забрали его в армию 8 сентября 1941 года, он нес маленькую дочь на руках до призывного пункта, прижимал к себе, а затем задал жене вопрос: «Когда же я услышу от дочки: папа, купи мне ботинки?».

    Почти год от отца приходили письма, а затем вестей не стало. 9 мая 1944 семья получила сообщение, что отец умер в лагере. Спустя годы пришли бумаги о его реабилитации.

    Владимир Курченков служил в 58-й армии в 370-й стрелковой дивизии, был осужден 25 июля 1942 года и отправлен в лагерь в Архангельскую область, осенью 1943-го он умер от пеллагры.

    - Мама рассказывала, - вспоминает Александра Владимировна, - что отец всегда боролся за справедливость. Начальство колхоза его не любило за то, что он указывал на беспорядок и за людей заступался. Видно, и на войне за правду пострадал.

    Панчева Г.На войне пострадал за правду.// Курьер-среда. – 2010. - №39. – 13 октября – 20 октября. – с.26

    Вернуться к списку

    ПОЛЫНСКИЙ ВАСИЛИЙ

    Единственное, что тогда понимала четырехлетняя Ира, это то, что они почему-то расстаются с отцом. Севастопольский вокзал, очень много народа, шум, суета, крики, слезы. Отец помогает матери забраться в теплушку, потом поднимает девочку и отдает в руки матери, следом передает мешочек с сухарями и деньги, «чтобы купили продукты в Москве». Затем из кармана вытаскивает гуттаперчевую куколку и протягивает Ире, обещая, что они очень скоро увидятся.

    Как сейчас 73-летняя Ирина Полынская помнит, как бомбили в дороге их эшелон, ей было не страшно, а неприятно, потому что, когда выскакивали из вагона и падали, она всегда оказывалась в грязи. В Москву они не попали: поезд пошел через голодные степи Поволжья. Всю дорогу хотелось есть, а продуктов не было, единственное место, где их покормили солдатской кашей, был Омск. До Новосибирска Полынские добрались только через 40 дней. Как мама выжила и спасла ее, говорит Ирина Васильевна, она даже не понимает. Приехали к матери отца в Бердск, у нее и поселились. Мама устроилась работать в госпиталь.

    Военврач II ранга Василий Полынский часто присылал письма. Были среди них и адресованные лично дочери. Одно из посланий отца сохранилось до сих пор.

    «...Я хорошо знаю про то, что ты скучаешь по папе. Хочешь приехать к нему, но пока этого сделать нельзя. Папа также скучает по тебе и хочет как можно скорее быть с тобой, Ирочка. Будь умницей, береги себя, слушайся бабу, маму и тетю Клаву. Ну а в обиду себя даже не давай...»

    Еще одно незабываемое воспоминание Ирины Полынской. Бабушка рассматривает вещи в чемодане, который принес военный, плачет. Заходит мама, женщина захлопывает чемодан и садится на него. Не говоря ни слова, мама начинает рыдать. Военврач II ранга Василий Полынский погиб 22 июня 1942 года в Туапсе. Чуть раньше его жена Ольга Ивановна получила два трагических известия: в Бахчисарае умерла мама, родной брат пропал на фронте без вести. Смерть мужа была последней каплей, и это очень подкосило здоровье Ольги Ивановны.

    Панчева Г. Закрыл Врача не сгубили чума и холера – жизнь забрала война.// Курьер-среда. – 2010. - №40. – 20 октября – 27 октября. – с.26

    Вернуться к списку

    СКОБЕЛКИН ЯКОВ ПЕТРОВИЧ

    Из воспоминаний об отце почему-то особенно яркими, говорит Мария Павлушина, остались несколько эпизодов.

    Вот он, Яков Скобелкин, бригадир полеводческой бригады, приезжает на обед домой (жили они на Алтае). А рядом с воротами его уже поджидает ребятня мал-мала-меньше, чтобы проехаться в его бричке до околицы, когда тот будет возвращаться на поля. Детей он очень любил - и своих, которых в 30 с небольшим лет у него было уже пятеро, и чужих. Погрузит ребятню на бричку и прокатит до конца села. А затем всегда говорит:

    - Маша, ты как старшая строй всех и веди домой, только не растеряй.

    И маленькая Маша с очень серьезным видом выполняет наказ отца.

    Второе воспоминание связано с уходом главы семьи на фронт в августе 1941 года. Яков Петрович с первых дней войны просился добровольцем на войну, его призвали, рассказывает Мария Петровна, но вскоре вернули домой из-за болезни желудка. Когда в августе пришла повестка, мужчина сокрушался, что на фронт его опять не возьмут. Потому ранним утром попросил жену не будить младших детей. А они сами проснулись после его ухода. Выбежали на улицу и успели проводить проезжавшую с призывниками полуторку. Женщина как сейчас помнит: отец встал в кузове и долго махал им на прощание рукой.

    Потом приходили письма с войны, перечитывались и бережно складывались в укромное местечко.

    В конце 1943 года Яков Скобелкин попал в госпиталь. В письме писал, что когда заживет рука и подлечат желудок, то, скорее всего, его отправят домой.

    И дома его уже все с нетерпением ждали. Но в декабре пришла весточка от отца, в которой он сообщал, что снова идет на Запад, «сами знаете зачем». И все.

    После окончания войны из военкомата прислали бумагу, что Яков Скобелкин пропал без вести.

    Письма, оставшиеся в память о муже, мама Марии бережно хранила, но в 60-е годы вор их вынес из дома вместе с облигациями.

    До самой смерти жена ждала мужа с войны: если не пришла похоронка, может, жив остался.

    Петр, младший брат Марии, долгие годы искал следы отца, но его поиски не увенчались успехом. И вдруг в марте 2010 года звонит телефон и незнакомый голос спрашивает: «Кто вам будет Яков Петрович Скобелкин?»

    - Отец, - с волнением отвечает Петр.

    В адрес военного комиссариата Алтайского края обратился директор областного центра героико-патриотического воспитания «Долг» с просьбой разыскать родственников без вести пропавшего воина, останки которого обнаружили в Рославльском районе Смоленской области. Сообщил, что Скобелкин Яков Петрович захоронен в братской могиле в деревне Коханы.

    - Брат собирается побывать на могилке отца, а я вот не смогу поехать туда из-за своего здоровья, - сокрушается Мария Скобелкина.

    Панчева Г. Пал в бою под Смоленском// Курьер. Среда. – 2010. - №19(181). - 26 мая - 2 июня. – С. 26.

    Вернуться к списку

    СОРОКИН ВАСИЛИЙ ПАВЛОВИЧ

    Василий Павлович СОРОКИН 16-летним подростком в 1940 году по пу­тевке комсомола строил железную до­рогу от станции Борзя Читинской об­ласти до монгольского Чойбалсана. Был он разнорабочим, ни от каких поруче­ний не отказывался, от работы не отлы­нивал. В 1941 году ему было 17 лет, добро­вольцем ушел в Красную Армию. Окон­чил курсы радиотелеграфистов и был отправлен в 51 отдельный батальон свя­зи. В составе радиороты, начиная с 1942 года, Василий Павлович прошел всю войну. На многих фронтах - Калининс­ком, Центральном, Ленинградском, 2-м Прибалтийском - с оружием в руках он защищал независимость нашей Родины.

    После Ка­лининского перебросили на Ленинград­ский. Защищал Ленинград, потом ока­зался на Курской дуге. Войну закончил на берегу Балтийского моря.

    Василий Павлович награжден Орденом Ленина - за доблестный труд.

    Перфильева Г. «И к тем живым свои, живые, бежали, шли, тянули связь» // Бердские новости.-2006.- № 8.-2 марта


    Родился В. П. СОРОКИН в 1924 году в Мордовии, но жил там недолго. Судьба забросила в Сибирь: в 1940 году он уехал на комсо­мольскую стройку. Со стройки, с Байкала, он, сем­надцатилетний, записался в добровольческую армию. Попал в Читу на радиокурсы, затем в радиошколу, потом в резерв связи в Москве, оттуда — в Свердловск, в батальон связи... Узнав, что формируется корпус добровольцев на фронт, Василий вступил в него, горя желанием разбить врага. Воевал до Победы. Но война для всех закончилась, а служба для него продолжилась. И демобилизовался Василий Павлович лишь в 1947 году в Эстонии. Два года, по его воспоминаниям, в этом городе было нелегко: комендантский час, осадное положение... Но Родина сказала «надо», и солдаты Победы ответили готовностью.

    Он начал воевать в 1942 году в городе-побратиме Бердска — Белом. И туда, спустя 60 лет после войны, вернулся в 2002-м в составе де­легации Бердска.

    По возвращении в Бердск, Василий Павлович устроился работать на комбинат «Гигант». Там до пенсии и трудился. За должностями не гнался, но всегда был на виду, жизнь сама выталкивала его на передовые позиции. Лидерские качества проявлялись во всем, за что он брался. И до седых волос фронтовик сумел сохранить активную жизненную пози­цию и открытое сердце.

    Галина Бахарева. Доброволец-патриот//Бердские новости. – 2010. - №2. – 13 января


    Без радиосвязи нет взаимодействия

    При всей своей популярности Василий Павлович очень скромно оценивает свой вклад в Великую Отечественную войну: «Я на войне был радистом. А рация не стреляет. Наша задача была - обеспечить устойчивую радиосвязь». Однако это не совсем справедливо: он уже в 17 лет был на передовой и прошел через страшные сражения Второй мировой. Что касается его военной профессии, то хорошая связь - это правильно оцененная обстановка, вовремя принятые решения, это точная наводка для авиации и артиллерии, уничтожающих врага.

    Василий Павлович согласен с некоторыми историками, которые считают, что изначально мы проигрывали немцам в значительной степени из-за отсутствия координации действий между разными видами войск. И это происходило из-за того, что радиосвязи у нас практически не было. Поэтому командование срочно решило восполнить пробел, и Василий СОРОКИН, что называется, попал в эту волну. В 1941-м парень трудился на комсомольской стройке: на Байкале строил железную дорогу. Бердчанин вспоминает, что 22 июня, а это было воскресенье, с ребятами загорали на озере, вернулись в поселок, и из выступления Молотова узнали о том, что война началась. Вскоре пришла разнарядка на трех человек: на курсы радистов. Сорокину еще было 16, однако народа везде не хватало, их быстро рассчитали, устроили проводы... Сначала в Нижнем Новгороде, потом в Чите - радисты осваивали технику (радиостанцию РСБ), учились передавать сообщения, азбуку Морзе. В июле 1942-го попали в резерв Красной Армии: в Свердловске формировался 51-ый отдельный батальон связи. И вот однажды в батальон принесли два ящика гранат, выдали один карабин на двоих и погрузили парней в эшелоны... Ребята думали, что их везут под Сталинград, но они оказались под Москвой, в районе города Белого.

    Прошляпили операцию

    В это время Новосибирская область объявила инициативу, которую поддержали омичи, красноярцы, кемеровчане. В итоге был сформирован 4-ый Стрелковый Добровольческий корпус сибиряков. Этому корпусу под Москвой устроили проверку, при этом забраковали батальон связи и заменили его 51-ым. Вот так наш земляк оказался в горниле страшных событий: операция «Марс» и сражение под Ржевом стоили нам громадных потерь... - Мы прибыли на место в сентябре, кругом - болота, а еще пошли дожди, дороги совсем развезло, пришлось строить лежневки. Питания не хватало, так что солдаты почти голодали: раз дали по 100 граммов муки, а было такое, что по трое суток обходились без пищи. Сначала стояли в деревне, потом деревню немецкие самолеты разбомбили, и мы ушли в лес, командный пункт стоял в трех километрах от корпуса... Наступление началось в ноябре, нас переодели в зимнее, а тут - потепление, и мы, вот так — в валенках, и воевали. И в целом наступление пошло успешно, прорыв был сделан, но удержать его не смогли. И, как сказал своим подчиненным генерал 41-й армии Георгий ЖУКОВ, который приезжал к нам на НП (наблюда­тельный пункт), операцию прошляпили. Две бригады попали в окружение, а этот разрыв можно было прикрыть одним взводом. Страшные, кровопролитные бои шли под Ржевом, почти полностью пропал, потонул в болотах мехкорпус, который был введен в прорыв и прикреплен к стрелковому корпусу: танки, катюши. Одним словом, ЖУКОВ был очень сердит, и один из офицеров оперотдела после его посещения даже заплакал - командующий пользовался большим уважением, и его слова были, как нож в сердце...

    Горы трупов

    Когда наши войска окончательно прорвали оборону немцев, их перебросили под Великие Луки. Дальше сибиряки участвовали в частичном прорыве блокады Ленинграда, а после переформирования их отправили в Смолен­скую область, где 4-ому корпусу присвоили гвардейское звание, и он стал 19-м добровольческим стрелковым корпусом сибиря­ков. Откуда на фронте у людей брались силы, как в таких обстоятельствах проявлялся героизм? «Знали, за что воевали, - уверенно говорит по этому поводу Василий Павлович. - Как бы ни было трудно, терпели, даже шли на смерть. Вы бы посмотрели на солдатиков: изможденные, нагруженные боеприпасами. Когда мы к Великим Лукам шли, стукнул мороз, и много народа погибло от холода и истощения: идет боец, присядет отдохнуть и не может подняться...».

    Сам фронтовик считает, что он счастливчик и родился в рубашке: сколько раз «смертушка рядом ходила», но он остался жив. «Мы такие молодые были, нецелованные, не имели права погибать», - смеется он сейчас. Недостаток радиостанций состоял в том, что их легко пеленговали, и НП всегда находился в зоне риска. Как-то послали Василия СОРОКИНА к командиру роты за данными. Зашел он в блиндаж. И тут взрыв - снаряд попал в со­сну, практически в метре от штаба. В другой раз он обслуживал РАФ (мощную радиостанцию). Как только ее включили, немцы сразу поняли, что это крупный штаб и начали обстреливать. Василий Павлович тогда опять чуть не погиб. А однажды в штаб корпуса пришло донесение, что потерялся полк. Офицер связи с радистом, который держал радиостанцию, и еще несколько бойцов всю ночь искали потерянное соединение. А когда обнаружили солдат и офицеров, те их решили покормить. Полевая кухня как раз подъехала. Но как только они подошли, прилетел снаряд, и старшине, который кормил солдат, у всех на глазах ноги оторвало...

    Довелось радисту и в обороне участвовать. Когда в 1945 году началось наступление советских войск в Восточной Пруссии, стрелковому корпусу пришлось ликвидировать группу немецких армий «Курляндия» в Латвии.

    Часть группировки была уничтожена, но оставшиеся части сражались за каждый метр земли. За один хутор, находящийся на господствующей высоте, шли ожесточенные бои: несколько раз он переходил из рук в руки. И тогда даже радистам дали команду: рацию подготовьте, чтобы можно было быстро эвакуировать, а сами в оборону - вот вам карабин и гранаты. «Опасная сложилась ситуация. Особенно когда на нас пошел «Фердинанд» (самоходная установка, оснащенная мощной пушкой). Но, слава Богу, на на­шей стороне были автоматчики и артиллерия, орудие в итоге уничтожили и высоту взяли».

    Победа!

    Победу сибиряки встретили в Тарту. Советские войска готовили ультиматум «курляндам», должны были ехать на наблюдательный пункт. Но 9 мая немцы сами капитулировали. «И праздник был грандиозный! - вспоминает ветеран. - Сплошная стрельба: кто из чего стрелял! Командир на свои деньги заказал 200 литров водки, всех построили на площади, поздравили, по 100 грамм налили». И каждый год теперь 9 мая людей, которые прошли войну и выжили, переполняет огромное счастье, признался Василий Павлович: «А ведь не сразу так День Победы отмечали. Только потом он стал всенародным праздником. А во время перестройки что делали: обливали помоями ветеранов, мол, зачем воевали? А сейчас фронтовиков чествуют хорошо, душевно. И от того на душе радостно». А еще Василий СОРОКИН очень благодарен ребятам, которые участвуют в поисковых экспедициях в Белом: «Это настоящее дело, неподдельный патриотизм. Легко сказать: копают, а как эти возвращенные имена и найденные останки достаются!».

     

    Н. Захарова.  Я на фронте бы «всего лишь» радистом…//Бердские новости. – 2013. - №19. -  8 мая. - 6 стр.


    К медалям «За оборону Ленинграда», «За боевые заслуги», орденам Ленина и Отечественной войны II степени у фронтовика Василия Сорокина накануне Дня Победы добавилась еще одна награда - медаль «За заслуги перед Новосибирской областью». На сцене театра оперы и балета на лацкан пиджака 88-летнего ветерана войны ее прикрепил губернатор Василий Юрченко.

    Несмотря на почтенный возраст, Василий Павлович по-прежнему участвует в общественной жизни города. Очень любит общаться с молодежью и уверен, что юноши и девушки в Бердске очень хорошие.

    Василию не исполнилось и семнадцати лет, когда он ушел в армию. Он трудился на строительстве тоннеля в Иркутской области, когда в октябре 1941 года в организацию пришла разнарядка на трех человек для учебы на радиокурсах. Нужны были добровольцы. Василий и вызвался.

    Он учился на радиста, вспоминает ветеран, рядом с ними находилась часть связистов и там были фронтовики. Радистов кормили очень хорошо, одевали как надо. А фронтовики и говорят: «Их так кормят и одевают, потому что они смертники». И аргументируют: приедут на фронт, включат рацию, в нее сразу мина и попадет.

    Когда в Москве ожидали распределения, приезжал за радистами старший лейтенант танковых войск.

    - Думаю, вот хорошо: в танке сидишь, тебя железная броня защищает, - рассказывает Василий Павлович. - Записался я к лейтенанту. Выходим на построение. Называют фамилии. А я в списках не числюсь. Так сильно расстроился. А когда оказался на фронте, увидел, как люди горели в танках, как их подрывали, подумал: хорошо, что не попал к танкистам.

    Боевое крещение Василий Сорокин принял ноябре 1942 года под городом Белым Тверской области (сейчас это город-побратим Бердска). Было так страшно умирать, признается фронтовик, ведь ему еще и 18-ти не было, жизни не видел, с девчонками не дружил. Погибло много народа. А он остался в живых.

    Никогда не забыть Василию Павловичу встречу нового 1944 года под Ленинградом. Был морозец. Офицеров забрали в штаб батальона. А солдаты остались в землянке со старшиной. Шоферы-уральцы где-то раздобыли мерзлую картошку, вымочили ее в холодной воде и пожарили со шкварками. Кажется, вкуснее ничего нет на свете. А как потом играл на гармошке старшина! Был и «салют» от артиллерии, слышали издалека: «Ржавым снарядом по рыжему немцу огонь!». Но немцы ничего не ответили.

    Смерть на войне всегда ходила рядом. В Белоруссии в деревне Любавичи Сорокин попал под бомбежку. Шел по дороге, а за ним потихоньку на лошади ехал солдат. Василий оглянулся, а солдат лошадь погоняет изо всех сил. Глянул на небо, а там уже бомбы летят. И прямо на него. Остался живой, но три дня ничего не слышал.

    Победу Сорокин встретил в Латвии. Радисты первыми узнали о капитуляции Германии. Для Василия Павловича служба в армии закончилась 3 марта 1947 года. Спустя два месяца после демоби­лизации он отправился в Бердск, где жила его двоюродная сестра.

    В поезде Василия Павловича обокрали.

    - Разболтался с попутчиком, а он ночью у меня стащил и деньги, и фронтовой альбом, где были адреса товарищей, и кое-какие раритеты. Сошел я с поезда с одним паспор­том в кармане.

    В Бердске фронтовик устроился на предприятие госрезерва «Гигант» и отработал там 38 лет, до самой пенсии.

     Галина Панчева. На станции Бердск сошел с поезда с одним паспортом//Курьер-среда. - 2013. - №20 (332). - 29мая-5 июня. - 26 стр.

    Вернуться к списку

    ЦДБ Бердска © 2017
    Создать бесплатный сайт с uCoz