Далёкая и близкая война
Литературно-краеведческий сборник Центральной детской библиотеки г. Бердска
Фронтовики, наденьте ордена
Меню сайта

Читаем о войне

Друзья сайта
  • ЦДБ г. Бердска

  • Поиск

    Форма входа

    Статистика

    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0

    Приветствую Вас, Гость · RSS 25.06.2017, 23:47

    БАДЬИН ГЕОРГИЙ ПЕТРОВИЧ
        
    Думал ли, гадал выпускник Томского мединститута 1940 года Георгий Бадьин, что его знания, приобретенные в хирургическом отделении, уж очень скоро при­годятся, причем на самых передовых рубежах линии фронта, в каких-то трех-шести километрах от кромешного ада. За четыре года работы в медсанбате, Георгию Петровичу пришлось сделать почти 10 тысяч(!) операций. Многие из них под артобстрелом и бомбежкой... Майор медицинской службы Бадьин брался оперировать на всех органах и полостях человеческого организма, включая... сердце. Он умудрялся вырвать раненого из самого тяжелого, шокового состояния. О волшебстве Георгия Петровича, спасавшего от смерти, казалось, совсем безнадежных, ходили легенды. А смелость и находчивость хирурга поражали и покоряли всех, кто был рядом с ним в то суровое время.

        Взять хотя бы пример с эфиром, которого не оказалось однажды. Что делать? Чем же усыпить тяжелораненого, которого нужно было срочно оперировать? Под рукой оказался трофейный, не изученный еще тогда нашими медиками немецкий хлороформ, который, как оказалось, действует гораздо быстрее и глубже эфира. А испытал этот препарат Георгий Петрович на себе, прежде чем ввести в организм раненого. А ведь передозировка, как выяснилось, могла кончиться смертельным исходом. Ну, а к таким «пустякам», как в случае необходимости поделиться с раненым собственной кровью, сам доктор и его коллеги привыкли с начала воины.

        От Москвы до самого Берлина дошел военный хирург Г. П. Бадьин. Но на этом для него война не закончилась. Часть, в которой служил Георгий Петрович, после капитуляции фашистской Германии была направлена в Чехословакию, в Прагу, где еще сопротивлялся враг. Ранение, контузия, последствия которой — частичная потеря слуха — все это досталось на долю военно-полевого хирурга. А еще он имеет боевые ордена, медали.

        Да, опыт военных лет пригодился Георгию Петровичу и на «гражданке». За 28 лет работы зав. хирургическим отделением — тысячи блестяще проведенных операций, тысячи спасенных жизней.

        Кстати, о донорстве в Бердске. Не кто иной, как Г. П. Бадьин в 1950 году стал инициатором и организатором отделения переливания крови в нашем городе, которым руководил долгие годы. Донорский пункт, занимавший крохотную комнатушку в первый год его создания, в настоящее время превратился в настоящий, оснащенный новейшим оборудованием и всем необходимым, цех по спасению людей.

        «Заслуженный врач РСФСР»- такое почетное звание было присвоено хирургу высшей категории Г. П. Бадьину в 1973 году.

    Кузнецов Н. Спасая от смерти // Бердские новости.-1995.-5 апреля

    Вернуться к списку

    БАРЫШЕВ АЛЕКСАНДР ЛУКИЧ

        Когда я, 18-летний, ушел на фронт добровольцем, бредил подвигами. Молодой был, страха не знал... Определили меня механиком-водителем танка «Т-34». Топаем мы, еще необстрелянные, к своей части. Вдруг «Мессеры» налетели. Мы - бегом в рожь. Носами зарылись в землю, и такое у каждого ощущение, что этот фриц проклятый именно тебя видит и в тебя целится.

        В бою не так страшно, как после него. Помню один бой: атака немцев, контратака, короткое затишье, снова атака... В эти затишья мы старались вынести всех раненых и погибших с поля боя. Раненых - в санчасть. Погибших - тут же хоронили. Быстро-быстро, без лишних слов рыли могилу. Залп. Забросали могилу землей. И словно не было никогда человека на земле, словно не ходил он с нами в эту атаку...

        Контузию как получил? После боя мы отдыхали (это было осенью 44-го). Танки наши на пригорке стоят. Выкопали траншеи. Пулеметы поставили. А жара! Бабье лето. Все улеглись на отдых. А мы трое - дежурные. Решили меняться: двое на страже, один отдыхает в «норе» - глубокой, с наклоном выкопанной яме. Дошла и до меня очередь отдыхать. Залез я в «нору». Устроился поудобнее. Мигом уснул! Очнулся от того, что грохот кругом, а сам я задыхаюсь: верхний слой земли, что над «норой», целиком на меня обвалился. Снаряд из дальнобойного орудия упал у самого входа в мою «спальню». Одного друга осколком убило, второго тяжело рани­ло. Если бы он погиб, и я бы не выжил. Кто знал-то, что я в «норе»? Только он. Самому худо-прехудо, но пока не добился, чтобы меня выручили, он не успокоился... На войне оно так: друг - ближе брата родного...

        Смешные случаи? Да вот хотя бы мое ранение. Осколок попал в пряжку ремня - пробил ее насквозь и в живот вонзился. А он же раскаленный докрасна! Боль - невыносимая! Я как заору! Думал: все! кишки наружу. А оказалось, он на какие-то миллиметры всего в живот вошел. Пряжка мне жизнь спасла. Смеялись потом долго, как я с жизнью прощался, поцарапавшись да обжегшись.

        Боевой мой путь? Да вот он, весь, в грамоте перечислен: форсирование реки Березинь, освобождение городов - Борисова, Вилейки, Красного, Минска, Молодечно, Вильнюса, Шауляя (на их языке - Шавли), Иелгавы (Митавы), прорыв немецкой готовности в Риге...

        Всю войну рисовал: портреты бойцов - то у костра, то у танка, то на привале. Ребята эти портреты домой отсылали, родным своим. А их матери потом приветы передавали «тому художнику, что сыночка нарисовал». Молва людская быстро донесла до командования, что художник завелся. Поэтому дослуживать войну мне довелось при штабе: чертил карты местности, линию фронта размечал. После войны стал учителем рисования...

        Может, если бы не война, я и не стал бы художником? Не знаю. Но сегодня каждой своей картиной хочу доказать: жизнь - удивительно прекрасна! В любой своей мелочи. Если бы все люди умели ее ценить - разве бы им понадобилось воевать?

    Ковенко Л. Жизнь - прекрасна, война - отвратительна// Свидетель.-1999.-май

    Вернуться к списку

    БОРОДОКИНЫ

        В семье Алексея Андреевича и Анастасии Афанасьевны БОРОДОКИНЫХ один за другим рождались дети: 14 сыновей и дочерей. Выжили шестеро: одна дочь и пятеро сыновей. Когда началась война (мне тогда было всего 3 года), бабушка с дедушкой проводили всех своих сыновей на фронт: четверо из них были  непосредственными участниками боевых сражений, пятый воевал на Дальнем Востоке.

    БОРОДОКИН АЛЕКСАНДР АЛЕКСЕЕВИЧ

        Александр Алексеевич с сибирскими дивизиями попал сразу в Ленинград, принимал участие в событиях на невском «пятачке» и побывал в ленинградской блокаде с первого до последнего ее дня. Испытал все: и истощение, и контузию, и обморожение - и остался жив. Как выяснилось,  он - один из троих уцелевших из первого «заброса» сибирских дивизий на «пятачок». Войну закончил в Германии, под Берлином, в городе Шверин. Домой вернулся в октябре 1945 года. Вся жизнь до самой пенсии работал учителем иностранного языка - преподавал немецкий.

    БОРОДОКИН ЮРИЙ АЛЕКСЕЕВИЧ

        Его брат, Юрий Алексеевич был боевым командиром, участвовал в сражениях за Сталинград, на Курской дуге. Дважды был ранен, по ранению   комиссован, до окончания войны работал военкомом в Кочковском районе, затем был переведен в Латвию на ту же работу, где и работал до увольнения из армии по состоянию здоровья.

    БОРОДОКИН ВИКТОР АЛЕКСЕЕВИЧ

        Третий из братьев - Виктор Алексеевич, перед самой войной окончивший Новосибирский мединститут (учился у знаменитого тогда профессора Мыша), всю войну работал хирургом в полевых госпиталях, куда, случалось, попадал солдатик из его родной деревеньки Поваренка. Слава о нем как об опытном хирурге распространилась не только среди своих, стала известна и немцам. Это и явилось причиной его пленения в Румынии в 1944 году. Как оказалось, у немцев был тяжело ранен высокий чин, требовалась срочная операция. В плену он пробыл немногим больше месяца, не оставляя надежды на побег. И, наконец, пользуясь своей недюжинной физической силой, сумел осуществить задуманное - бежал. Благо, часть его находилась сравнительно недалеко от расположения немцев. Вернувшись к своим, он, естественно, попал под пристальное внимание «особистов»: его лишили звания майора медицинской службы и всех наград; кроме того, к нему были применены полагавшиеся тогда «соответствующие меры». И лишь когда удалось спустя некоторое время взять «языка», и тот подтвердил факт и обстоятельство побега, дяде вернули звание и награды. Но все равно после окончания войны его отправили на Курилы. После армии, работал начальником станции скорой помощи в городе Черняховске.

    БОРОДОКИН ГРИГОРИЙ АЛЕКСЕЕВИЧ

         Четвертый брат - Григорий Алексеевич, ушел на фронт после окончания первого курса Сталинского металлургического института (ныне город Новокузнецк). Ему выпало работать в органах безопасности, выполнять задания по очистке освобожденных территорий Украины и Белоруссии от диверсантов.

    БОРОДОКИН ИВАН АЛЕКСЕЕВИЧ

        Пятый из братьев Бородокиных - Иван Алексеевич, как я уже упомянула ранее, все годы войны служил на Дальнем Востоке.

        Встреча четверых братьев, кроме Виктора, состоялась только в 1946 году. Запомнилось, как деревенские шли к нам в гости, чтобы посмотреть на вернувшихся - целой семьей! - с войны живыми.

    Черепанова Э. Братья Бородкины // Свидетель.- 2000

    Вернуться к списку

    БУГАЕВ МИХАИЛ МИХАЙЛОВИЧ

        Я учился на втором курсе мукомольно-элеваторного техникума, когда в октябре 1942 года по призыву был направлен Туганским районным военкоматом в Новосибирское военно-пехотное училище.

        Родом я из деревни. Так, в нашей Георгиевке, что находилась в 40 км от Томска, образование выше 7 классов было только у трех ребят. Поэтому меня и направили на лейтенантские курсы: образование играло первостепенное  значение.

        Учили нас по сокращенной программе, и после 7 месяцев все училище бросили на фронт, кроме нашего первого батальона. В составе подразделения меня пе­ревели в Красноярск, в школу диверсантов. Но много наших выпускников погибало в тылу у немцев, и училище вскоре было перепрофилировано, а нас, отличников боевой и политической подготовки, направили в Новосибирск на курсы усовершенствования офицерского состава.

        После их окончания в конце 1944 года в звании младшего лейтенанта попал под Москву в резервную армию и после распределения направлен на 1-й Прибалтийский фронт. Назначили меня командиром пулеметного взвода.

        Я участвовал в боях по прорыву к заливу Фришгау, который проводился с целью блокады порта Мемель (Клайпеда) и последующего окружения всей восточно-прусской группировки войск противника. После выхода к Балтике  13 апреля нас сняли с фронта и погрузили в так называемые телячьи вагоны, технику — на платформы. Куда едем? Кто-то говорит: «С Турцией воевать, но когда пересекли Урал, стало ясно — с японцами. Разгрузили нас в городе Спасске-Дальнем вблизи озера Ханка, получили пополнение в основном 27-го года рождения, но около половины личного состава в ротах были опытные бойцы-«западники». Был в нашей роте даже Герой Советского Союза — старшина Муса Галиулин, боевой такой парень.

        После выхода в запас в 1948 году, работал государственным хлебным инспектором. И с 1971 года на Бердской хлебной базе вплоть до своего выхода на пенсию в 1985-м.

    Михальцов И. На фронтах: Западном, Восточном, трудовом //Бердские новости.-1995.- 2 марта

    Михаил Бугаев родился в томской глубинке, деревне Георгиевке. Пареньку повезло, что он смог получить образование и после семилетки поступить в томский мукомольно-элеваторный техникум. Только вот получить профессию не успел: в 1942 году, когда учился на втором курсе, его призвали в армию. Новосибирская школа пехоты, красноярская школа диверсантов – и опять в Новосибирск, теперь уже на курсы усовершенствования офицерского состава.

    В конце 1944 года младший лейтенант Бугаев попадает в Москву в резервную армию, затем его направляют на 1-й Прибалтийский фронт. В начале 1945 года Михаил Михайлович участвовал в боях по прорыву к заливу Фришгау. Но после выхода к Балтике армию снимают с фронта и в теплушках отправляют на Дальний Восток.

    Когда воевал с японцами, вспоминал фронтовик, своими глазами пришлось увидеть, как некоторые из них делали харакири. Большую опасность представляли камикадзе, которые, обвешиваясь гранатами, бросались в гущу русских солдат и взрывали себя.

    На войне с японцами Михаил Бугаев получил осколочное ранение в голову и предплечье. Повел своих ребят в атаку и попал под разорвавшуюся гранату. В госпитале осколки какие могли удалили, остальные пришлось носить в себе всю жизнь.

    Лишь в 1948 году фронтовик с орденами Красной Звезды и Отечественной войны 1-й степени, медалями «За победу над Германией» и «За победу над Японией» вернулся на родину (демобилизовался из Китая). Закончив курсы хлебных инспекторов, получил направление в Черепаново. А за несколько дней до отъезда встретил свою судьбу. На третий день предложил Вере выйти за него замуж, и девушка согласилась. Вскоре у супругов родились дочери. Поколесить пришлось по всей Новосибирской области, где в райцентрах возглавлял мелькомбинаты или элеваторы. На пенсию ушел с бердской хлебной базы, которой руководил 14 лет.

    С западного фронта на войну с японцами. Панчева Г/Курьерю Среда. – 2010. - №4 (9-16 февраля) С.26

    Вернуться к списку

    ЦДБ Бердска © 2017
    Создать бесплатный сайт с uCoz